В корпорации Lumon Industries внедрили необычный подход к организации труда. Сотрудникам предложили пройти так называемую процедуру разделения сознания. Её суть — полное отделение рабочих воспоминаний от личных. Это позволяет человеку сосредоточиться исключительно на профессиональных задачах, оставляя переживания и мысли о внешней жизни за порогом офиса.
Марк стал одним из тех, кто согласился на этот эксперимент. Первое время всё казалось логичным и удобным. Рабочие дни проходили чётко, без эмоциональной нагрузки. Не нужно было думать о проблемах вне работы, переживаниях или планах. Сознание, очищенное от лишнего, демонстрировало удивительную продуктивность.
Однако со временем Марк начал замечать странные пробелы. Иногда в его памяти всплывали обрывки образов, не связанных с текущими задачами. То мелькнёт лицо, то обрывок фразы, то смутное чувство тревоги. Эти моменты были мимолётны, но заставляли задуматься. Что именно осталось по ту сторону разделения? Что он добровольно отсек от себя?
Сомнения росли. Марк стал наблюдать за коллегами, прошедшими ту же процедуру. Их поведение казалось слишком ровным, почти механическим. Не было живых реакций, спонтанных шуток, разговоров не о работе. Только чёткие действия в рамках должностных инструкций. Это начинало пугать.
Вопросы множились. А что, если важные части личности, воспоминания, формирующие характер, тоже оказались заблокированы? Не превращается ли человек просто в инструмент, лишённый глубины? Марк понимал, что, соглашаясь на разделение, он стремился убежать от чего-то в своей обычной жизни. Но теперь эта цена — возможная утрата целостности себя — казалась слишком высокой.
Он продолжал выполнять обязанности, но внутри зрело решение. Нужно было понять, что скрывает процедура, и можно ли вернуть то, что было отделено. Риск был велик, но иного пути не оставалось. Слишком многое оказалось под вопросом.
