Промокший до нитки, Дэндзи прижался к стене под узким козырьком, мечтая лишь об одном — чтобы дождь поскорее кончился. Сегодня должна была состояться та самая долгожданная встреча с Макимой, ради которой он готов был на всё. Вместо этого холодные струи лили с неба, словно смывая все его планы. Проходящие мимо люди спешили по своим делам, не обращая на него внимания.
Отчаявшись дождаться конца ливня, он рванул к ближайшему укрытию — уютному кафе с тёплым светом в витринах. Распахнув дверь, Дэндзи оказался в царстве аромата свежесваренного кофе и сладкой выпечки. Именно там он впервые увидел её. Девушка за стойкой, с именной бейджиком «Резе», встретила его не раздражённым взглядом на промокшего посетителя, а искренней, лучистой улыбкой.
— Выпьете чего-нибудь горячего, пока не просохли? — её голос прозвучал спокойно и участливо, без намёка на формальность.
Это простое предложение стало началом разговора. Не о погоде или заказе, а о чём-то большем. Резе говорила о книгах, которые читала в перерывах, о смешном случае с постоянным клиентом, её слова лились легко и непринуждённо. Дэндзи, обычно неразговорчивый, ловил каждое её слово, забыв на время о своём разочаровании. В этом кафе, пахнущем корицей, под мягкий стук дождя по стеклу, время текло иначе.
С того дня привычный мир Дэндзи, чётко разделённый на схватки с нечистью и мечты о Макиме, дал трещину. Теперь по дороге домой его шаги сами замедлялись у знакомой витрины. Он заходил не только за чашкой кофе, а за той самой атмосферой простого человеческого общения, которой ему так не хватало. Резе всегда находила минутку, чтобы спросить, как его дела, рассказать что-то новое. Их диалоги становились ярким пятном в его суровых буднях.
Жизнь постепенно приобретала новые оттенки. Мысли, ранее занятые только предстоящим свиданием и опасной работой, теперь иногда возвращались к тёплому свету кафе, к улыбке, которая дарила покой без всяких условий. Дэндзи ещё не понимал, куда ведёт эта новая дорога, но одно осознавал точно — встреча под дождём изменила что-то в нём самом. Будущее, которое раньше казалось предопределённым, теперь было окутано лёгким, но стойким туманом неизвестности, и в этом была своя, странная притягательность.
