Пока новостные каналы наперебой обсуждают небесную гостью, несущуюся к нашей планете, Джон Гэррити размышляет о другом. Его брак, подобно старому фундаменту, даёт трещины, и сегодняшний вечер с соседями кажется ему очередной попыткой замазать их, а не по-настоящему отремонтировать. Поход в магазин за продуктами для гриля — скорее обязанность, чем приятные хлопоты. Стоя у полки с соусами, он проверяет телефон и видит сообщение, отправитель которого значится как администрация президента. Текст гласит, что семья Гэррити включена в список на эвакуацию в засекреченное убежище. Джон усмехается, списывая это на чью-то глупую шутку или тестовое оповещение.
Однако дома всё меняется. Едва он успевает разгрузить пакеты, как за окном грохочет далёкий, но мощный удар. Хрусталь в серванте звенит, а по телевизору, который забыл выключить сын, начинается настоящий хаос. Репортёры, теряя самообладание, показывают апокалиптические картины: огненные штормы, рушащиеся небоскрёбы, цунами. Весть о падении первых фрагментов кометы подтверждается. Только теперь леденящий ужас пробивается сквозь ежедневную апатию Джона.
Решение нужно принимать мгновенно. Жена, Эллисон, смотрит на него полными страха глазами, а их сын Майкл крепко сжимает отцовскую руку. Джон говорит одно: «Собирайтесь. Сейчас». Они выбегают к машине, оставляя на столе нераспакованные продукты и недоумевающих соседей, уже вышедших во двор с бокалами в руках. Их растерянные взгляды провожают автомобиль Гэррити, вырывающийся из тихого квартала, где ещё минуту назад главной проблемой казался подгоревший стейк.
Дорога в аэропорт — это кошмар. Паника уже охватывает город, перекрывая некоторые магистрали. Джон едет по обочине, молясь, чтобы бензина хватило. Аэропорт, обычно упорядоченный и шумный, превращён в спецзону. Всюду военные, хаотичное движение, крики. Их направляют к отдельной взлётной полосе, где стоят громадные грузовые самолёты с открытыми рампами. Людей, получивших то самое сообщение, как и они, спешно загружают внутрь. Это уже не абстрактная угроза с экрана, а суровая, гулкая реальность. Под рёв турбин, держа сына за плечо и чувствуя прикосновение жены, Джон делает шаг в темноту грузового отсека, не зная, увидит ли он когда-нибудь свой дом с треснувшим фундаментом.
